Одно из самых сильных впечатлений уходящего года – как мы, в рамках Шизо-тура, побывали в Нижнем Архызе. Это, по сути, академгородок, и большинство людей, живущих там, так или иначе связаны со Специальной Астрофизической Обсерваторией Российской Академии наук. Там есть два больших оптических телескопа и один радиотелескоп, по многим параметрам они в мировом топе подобных устройств. Мы там были три дня, играли в конференц-зале, и получили массу впечатлений – от мест тамошних, над которыми летают орлы, но больше всего – от людей, которых мы встретили. Люди с переднего края познания мира. Умные, красивые, весёлые, драйвовые. Влюблённые в своё дело, увлечённые им, как мы – музыкой. Когда задумывался о том, чем они занимаются, свой собственный трип представлялся довольно ничтожным предприятием. Они нас приняли, как эмирских бухаров, и просто не давали нам сидеть без впечатлений. Я просто очень рад и горд, что наша музыка этим ребятам нравится. Григорий, Михаил, Николай, Ася, Анна – спасибо вам огромное; вряд ли я смогу всё это забыть.

После концерта мы встречались с главным научным сотрудником обсерватории, профессором Владимиром Евгеньевичем Панчуком, в его кабинете, с коньячком и приятственным разговором. Он мне подарил, видимо, после моих расспросов о том, чем ему представляется человек в мире, книжку Тейяра де Шардена «Феномен человека», с подписью «от благодарного слушателя». Вот!

( ещё картинки )

Хочется, конечно, судить о таких вещах хладнокровно и взвешенно, и приходить к выводам,  мудро выглядящим - мелочи всё это, шевеление непреходящее извечных человеческих свойств, по Экклезиасту и прочим, но вот как-то больно становится от всех этих звоночков, почти каждый день поступающих. И больно от того, что не можешь вроде бы ничего сделать, кроме как написать несколько слов на этом очень длинном заборе, который нас и разделяет, и соединяет.
Никогда не пытался в деталях интересоваться тем, что называется  «политика» - всегда все люди, там появляющиеся, казались слишком ясными и неинтересными по своей натуре и своим мотивациям. Кто как соврал и зачем – ну, за этим можно с увлечением наблюдать, вроде как за домом2 каким нибудь, в глубине души понимая, куда тебя вынес цивилизационный процесс на данный момент и что речи и мимика этих людей – альфа-самцов нашей стаи – просто выражение того, что видишь вокруг себя каждый день, выходя на улицу. Не наоборот.

Когда мой моск и мою душку начали, или я сам начал, пробовать на полярность - оказалось, что у меня есть вера. Вера в то, для чего не нашлось пока лучших слов, кроме как «прогресс» и «эволюция». Я верю, что высшее предназначение человека – познавать мир и рассказывать об этом. Фильм, сделанный учёными обсерватории в Нижнем Архызе, где мы играли, показал мне штуку, которая и потрясла, и подтвердила мою веру – то, что человек может сейчас знать о мире – какова его структура – выглядит примерно так: скопления наблюдаемого вещества во Вселенной организованы в сеть, похожую на живую ткань. Ты – атом, ты - живая клетка, и ты – вселенная. Чтобы это осознать и развивать знание о мире, человек и есть и будет. Это высшая лояльность, и это знание, раз полученное, не оставляет места для соображений о государствах и религиях и нациях, которые представляются необходимыми, но пройденными этапами. Сейчас ничего, кроме страдания и  мучительных смертей, они ничего нам больше дать не могут.

Существующий в мире порядок организации жизни людей основан на системе противовесов – нейтрализации тех качеств, которые мешают нам жить вместе, и стимулировании тех, которые нам помогают. На компромиссах между ними, с учётом всех забавных противоречивых свойств наших. Социальный прогресс есть постепенное смещение в сторону последнего. Это просто факт. Будучи довольно-таки никем в плане твоих возможностей влияния на прочих, ты можешь гулять тут по местности, особо не опасаясь, что тебя хуйнут по башке булавой и утащат в рабство, что было нормой всего-навсего! несколько сотен лет назад. Человек как биологический вид существует около 40 тысяч лет. То есть, мы куда-то движемся, и вектор очевиден. Это естественный, здоровый путь. Его надо торить и развивать, не надо штурмовать кремлей – просто хотеть знать, зачем живём.Поэтому все попытки альфа-самцов в любых махаллях затормозить это развитие ради удовлетворения своей потребности власти – а это ой как хочецца, как ебацца и упыхацца – представляются мне тем, чему я не могу сказать ничего, кроме как –

партия единая Россия – нахуй

sverigedemokrater – gå och sug kuk

все националисты-патриоты-гомофобы – нахуй

религиозные фанатики всех религий – нахуй

попы, менты, военные – меняйте работу, хорош дармоедствовать 

С наступающим, короче. Всё хорошо, потому что мы меняемся с каждым днём, тем более с годом. Что бы ни было написано во всяких книжках типа Экклезиаста, в них не больше осмысленной информации, чем в любой поебени с лотка в переходе. Ничто не может отменить нашей красоты и нашей жажды впечатлений.

 

Хороший фильм. По дневнику немецкой журналистки из весеннего Берлина 45-го, в одной из главных ролей Евгений Сидихин. Русиш зольдатн унд офисирен vs дойче фройляйн, основной вопрос, как это часто водится, где у нас добро, а где наоборот. Дневник был опубликован в ФРГ в 1959 и вызвал бурю возмущения у немцев - за честь немецкой женщины. Пишут, что у нас он запрещён к показу; может, и так, а может, просто в прокат и в ящик не взяли.
Думаю, его неплохо было бы показывать каждое 9 мая.

Скачать на торрентах - с русским переводом

Видео и текстовую версию программы "Познер" с гостем Евгением Гришковцом смотрите по этой ссылке .

"Мне стыдно каждый день" - интервью корреспонденту "АиФ" Владимиру Полупанову .

"Я изгой - и в литературе, и в театре. Не припомню более трудного года" - интервью корреспонденту "Известий" Наталье Кочетковой

Последние концерты сезона.

Рязань:
10 января, 19-00, клуб "Старый Парк"

Москва:
15 января, 20-00, клуб "Mezzo Forte"

Санкт-Петербург:
16 января, 19-00, "Рок-Кафе - ДК Ленсовета"

Немного визуальных материалов со встречи с Василием К., что состоялась в магазине "Буквоед" в минувший вторник:



( + шесть картинок и небольшое видео  )

И ведь так и не прислал большой фотки, а.

Я хочу немного рассказать вам про Тимофея. Вот скажите – много ли в вашей жизни Тимофеев? В моей - один-единственный. Я просто не допускаю, что носитель этого имени может выглядеть как-то иначе, да простят меня все прочие носители этого имени.

Сценка: едем мы на Ленинградский вокзал. Мне на концерт в Питер. Тимофей везёт меня на своей «Волге», классической бело-салатной таксистской «Волге» моего детства. На подъезде к вокзалу видим у обочины месящиеся человеческие тела – драка, то есть. То ли четверо самцов, то ли пятеро. И что бы вы думали, он делает? тормозит свой ржавый кабриолет, достаёт откуда-то новую! длинную! ещё с синеньким ценником! монтировку и идёт к месту событий, поматывая бородой, полами кожаного плаща на крепком ядре-тушке и покачивая оружием. Слава Аллаху, пока он так внушительно до места доходит, событие уходит в небытие – самцы расползаются, амбициозно оглядываясь друг на друга, а Тимофей, постояв там с минутку и убедившись, что его ресурсы пока не востребованы, так же обстоятельно возвращается обратно. Я спрашиваю – Тимоха, зачем? Он отвечает – там трое одного били.

Это ли не блюз

В конце 2004-го, кажется, я попросил его – будь моим менеджером в Москве. Что значит: займись устройством моих концертов в этом городе за процент от оных. Он был, в моём тогдашнем поле зрения, единственным человеком, к которому я мог обратиться, потому что раньше видел его устроителем концерта Калугина в музее Маяковского – где Сергей, в одном из своих бесчисленных актов великодушия, пустил меня поиграть перед собой. Остальные, кого я знал к тому моменту, имели непонятные мне модели поведения. Хорошо, сказал Тимофей. Заметьте – с тех пор наш договор формально не менялся, но он напечатал уже шесть моих альбомов, хотя я его об этом не просил. Есть мейджоры, есть прочая известная в формах локальных и глобальных индустрия поддержки/продажи искусства – эти два слова можно менять местами – «Творческое объединение 2й этаж», Тимофеева официальная контора, может называться как угодно, и мы записываем, печатаем и продаём мои сидюки, что, вкупе с деньгами от концертов, позволяет мне продолжать делать музыку. Я вижу, что он делает всё, что может, чтобы давать мне и слушателям возможность встречаться в лучших условиях, какие могут быть, с учётом всех нюансов этого дела. То есть, Тимофей, при всех своих забавных моментах в имидже и общении, просто клёвый профи-импрессарио, работающий с тем сегментом российской культуры, который не качается через ящик. Что касается денежного вопроса, который может, при неправильном рассмотрении, очень быстро всё порушить нахер – он всегда честен, благороден, всегда готов к компромиссу, отчего возникает желание прислушиваться к его мнению. Вот только некоторые из тех, кому он делает концерты: Сергей Калугин и Оргия Праведников, Силя и Выход, Башня Rowan, Леонид Фёдоров, джазовые фестивали всякие, ирландские фестивали, Михаил Щербаков, Воинство Сидов, Отель Безумие, театр разнообразный – спектакль о Шукшине, спектакль о Вертинском, и многие другие.

Что меня больше всего впечатляет – это просто существование таких людей. Без которых искусство вряд ли сможет существовать с надеждой на фидбэк. И они не лезут на первый план. С нами, певцами и танцорами, всё понятно – нас эго-трип подпирает. Который у многих прогрессирует в эго-триппер, малоприятный для окружающих. А вот что движет человеком, который при российском капитализме занимается менеджментом некоммерческой культуры – снимаю цилиндр, респект и уважуха. Больших богатств тут не наскирдуешь, это всё сильно любить надо. Спасибо тебе, Тимофей Владиславович, хотя ты вечно собачишься с кем-то в этой махалле, а мне с этим потом соотноситься приходится; или гонишь ересь какую-то; ты один из тех, за встречу с кем я так благодарен музыке и жизни вообще.